Home
28 September

I wonder what happiness is?
It is having u name called by someone.
It is calling someone's name.
It someone thinking about u.

… have none of those things.

0
14 June

Глазами байкера.

0
8 June
Ну и кто ты, когда не хочешь в меху взрывать звезды, а ложишься спать пораньше, потому что завтра на работу.
0
12 October
1
9 October
Мне не столько нечем заняться, сколько на самом деле ничего не хочется.
1
10 September
Ну и что там дальше-то будет?
2
27 July

Сделали тут игру за два дня втроем, как говорится.
Z/X/Space и стрелочки.

Известные баги:

— тысячи их.

Играть

3
31 May
0
27 April
"В нас всех таится такая житейская ловушка — непоколебимая уверенность, что все изменится. Что мы переедем в другой город и встретим друзей на всю оставшуюся жизнь. Что влюбимся, реализуем себя, чтобы это не значило. Что все будет хорошо… Это все как пустые сосуды для хранения сплошного потока дерьма. Никто себя не реализует. Разве что сдохнув. Тоже мне хорошо… Нет, нет, нет, ничего никогда не будет хорошо."

Настоящий детектив
1
22 April
Город. Обычный город. Что я имею в виду под обычным городом? Здания? Дороги? Улицы? Люди? Все вместе? Не совсем… под обычным городом я подразумеваю город с двумя лицами. С одной стороны -- это нечто прекрасное: архитектурные изыски, украшающие парки; площади и элитные дома; чистые центральные улицы, которые будто бы не могут быть не идеальными; игра дневного света в отражении зеркальных стен бизнес центра; прохожие -- каждый второй как на подбор, с улыбкой на половину лица. Любовники держатся за руки; матери ведут своих детей в детские сада; школьники наслаждаются своей юношеской свободой, беззаботно пробегая в толпе и издавая журчание, напоминающее смех; студенты грезят об успешном будущем и поглощены этими мечтами до беспамятства. Будущем, где они станут частью только этой стороны города с большими торговыми центрами и бесконечными офисами, где они будут в безопасности и комфорте, где невозможно будет думать о плохом, где это слово уже вычеркнули из словарей, где каждый вечер их будет ожидать самый удобный диван под заказ, огромный телевизор на пол комнаты, оборудованная кухня, а санузел… какой у них будет санузел, -- вода будто прямиком из ледников, прозрачная и вкусная, прошедшая столько проверок, что этот человек, кто будет пользоваться ей каждый день, он же никогда и не представит… Но что тогда за второе лицо? А второе лицо города -- это я, это вы, это все мы… За этим комфортом и чистотой, офисами и торговыми центрами, любовниками и улыбками скрываются наши внутренности, и они будет продолжать источать желчь. Это неизбежно, такова природа. И все эти счастливые лица, весь этот идеальный мир провоняет человеческими отходами. Точнее, он никогда и не был другим. Все дело в отстранении, от чужих проблем, от своих проблем. Зачем это слово -- проблемы. А тех, кто плохо играет и “шумит в библиотеке”, -- просто быстро убирают, как мусор с центральной улицы.
Мы разделены и разделены давно, два лица у города, два мира. И билеты в вариант с беззаботной жизнью одноразовые и в одну сторону. Случайно или осознано покинув его - назад дороги нет. Нельзя уже будет закрыть глаза на увиденное и просто забыть. И много людей где-то у черты. Они еще не окунулись в болото, за спиной у них тот дивный пейзаж из торговых точек и уютной квартиры. Привыкли быть удовлетворенными этим, только вдруг почему-то становится мало, а покупка новых вещей не помогает вернуться в строй, появляются вопросы без ответов, глаза темнеют, а улыбка все реже и реже… Но как не хочется терять веру в город с одним лицом, в прекрасную и счастливую жизнь. Вот и они стоят у обрыва, а я прыгнул… И теперь они считают, что я болен, что я опасен, что от таких как я нужно избавляться. Они строят для меня лечебницы, тюрьмы, придумывают общественную работу, беседы, пытаются меня исправить, но на самом деле… Я такой же.

Sol

Ночной набросок
0
5 April
А может ничего этого и нет. То есть вообще ничего.
0
22 March
Самое время что-то сказать. Наконец-то я могу произносить свои мысли вслух. Переозвучивать их на свой лад. Чувствовать максимальное соприкосновение с ними. И вот уже сколько дней я сижу в этой пустой комнате, которую сам выбрал. Выбирал, конечно, не очень долго, спонтанно, но все же я остановился здесь.
На улице сейчас темно, когда засыпаю -- темно, когда просыпаюсь -- тоже. Я долго ждал, когда смогу погрузиться назад в свое одиночество. Насладиться тишиной и пустым пространством. Да, не буду отрицать, я скучал по всему этому. Только и надежды возлагались немного другие. Недостаточно было убежать. А вот вернуться в состояние, чтобы смочь заняться нужными вещами, -- то самое. Но как бывает, я снова думаю не о процессе, а о том, что же все таки для меня является нужными вещами.
Через пять часов обстоятельства заставят меня проснуться под треск будильника. Пустить полумрак из реального мира в зрачки, перекатиться с дивана на пол, а потом последним усилием подняться на ноги. Это называется работа. Точнее, это называется нелюбимая работа. Точнее, это называется вынужденная работа. Точнее, это называется существование ради существования. Сколько уже времени прошло, а жизнь и так и осталась жизнью без цели и смысла. Я знаю, что не одинок в этом. Я знаю, что и подобия смысла нет почти ни у кого. И я даже не одинок в том, что до сих пор не способен с этим смириться, продолжая ничего не делать. Точнее, продолжая просто ждать, выполняя ритуалы -- детский сад, школа, университет, а теперь работа. И самое болезненное в этих ощущениях то, что нет и намека на изменения в самом себе, а соответственно и в самой жизни.
Примерно десять минут назад, да-да, всего десять минут назад я закурил на балконе. Было достаточно шумно и живо для двух часов ночи. Вчера было лучше. Непроизвольно назвал это “лучше”, значит и правда нравится. А было так: пусто, ни машин, ни людей, только ветер, играющий свою симфонию пластиковыми упаковками и стая диких псов, которые подыгрывали ему пакетами около мусорного бака. А сейчас в моем рту снова скученный яд, осталось только найти зажигалку где-то поблизости и пустить дым, засоряя утро сильной головой болью и тошнотой. Но по-другому уже и не получится. Когда мне не хочется спать, когда не болит голова, когда я ненавижу происходящее вокруг, когда я не поглощен мыслями о том, что еще один день умирает у меня на руках, то я перестаю ощущать себя самим собой. Да уж, гиблое дело осознавать себя повешенным, повешенным собственным мироощущением, повещенным своими мыслями в своей голове. Только вот здесь не совсем все просто. Мир, созданный внутри самого себя подчиняется другим законам. Даже не так. я хочу сказать о том, что, наверное, только там и нет никаких законов. В том числе и закона о том, что повешенный человек в течении трех-десяти минут полностью умрет. И вот картина: пустая комната три на три метра, созданная специально для такого акта, в ней нет ни окон, ни дверей; в центре валяется деревянный стул, а вместо проводки и лампы висит веревка, обмазанная мылом. На верёвке висит человек, болезненно худой, в рваной и грязной то ли от пепла, то ли от пыли, то ли от всего сразу, майке. Не сложно угадать кто это. Это я собственной персоной. Будем знакомы, добро пожаловать… И я повешен, не знаю на сколько давно, уже не помню, но этого времени бы точно хватило не только для того, чтобы отбросить коньки, но и для того, чтобы вместо тела остались только кости. Так в реальном мире, не здесь. На деле же в веревке болтается что-то живое. Шея сдавленна и болит, глаза то мельтешат, осматривая темную комнату, то закатываются в поисках небытия. А руки, забавно… руки держат очередную сигарету, через мгновение подносят ее к синим губам, грудь расширяется, легкие наполняют себя дымом, а потом выдох, и комната становится еще серее, переполняясь дымом. И все это, когда шея сдавленна. Никакой физики, никакой биологии.
А раз я еще жив, то и сдаваться рано. Этот фраза двусмысленна: я жив в обоих мирах, а значит и сдаваться рано как в голове, так и в реальности. На работу вставать через четыре часа. Синяки под глазами обеспеченны, как и непонимание происходящего где-то до двух часов дня. А потом еще два часа, а потом конец… И спустя ночь это повторится. Где-то я потерял начало. В пачке осталось две сигареты -- одна сейчас, вторая на утро.
На самом деле я хотел сказать гораздо меньше, я хотел сказать лишь то, что не смотря на все, я продолжаю существовать не потому, что не готов умереть из-за страха смерти как физического конца. Я не готов и не хочу умереть так ничего и не поняв, так и оставшись висеть в пустой непонятной комнате, а значит все это продолжится, продолжится моя борьба с моими же мыслями, глаза продолжат мельтешить, а веревка продолжит висеть. А вот продолжит ли висеть тело?..
0
24 January
"Такой маленький и хрупкий, но как же он сияет… Вспышка, еще одна… Словно биение сердца."

0
21 January
Забыл зачем нужны все дни недели кроме субботы.
4
28 December
Складывается впечатление, что мое "это временно, ничего не успеет произойти" перешло границы, где и правда ничего не успевает произойти. Сегодня утром проснулся и понял, что все это время только и делал, что пил, спал и работал. Будто каждый день бежал от того, где оказался, но по итогу кружился на месте.
Нет, если уж и жить, то не так. Только опять же не знаю как. По идее уже давненько не хочется никак, но что-то должно быть. Хотя бы то, во что верил.
9